ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
БИОГРАФИЯ
ГАЛЕРЕЯ КАРТИН
СОЧИНЕНИЯ
БЛИЗКИЕ
ТВОРЧЕСТВО
ФИЛЬМЫ
МУЗЕИ
КРУПНЫЕ РАБОТЫ
ПУБЛИКАЦИИ
ФОТО
ССЫЛКИ ГРУППА ВКОНТАКТЕ СТАТЬИ

На правах рекламы:

http://comsy.ru шаровые краны LD. Должность региональный менеджер шаровые краны.

Главная / Публикации / Клер Ле Фоль. «Витебская художественная школа (1897—1923)»

3. Витебская художественная школа (1897—1918)

«Долгие годы мастерская Пэна была в Витебске единственным очагом искусства, единственным местом, где можно было видеть образцы подлинного искусства и пример упорного и напряженного труда умелого мастера»1.

Каким был творческий путь Пэна до Витебска, в каких условиях он открыл свою студию? Каким типом школы он руководил? Кто там обучался? Была ли школа провинциальной? В какой степени свидетельства учащихся позволяют понять личность Ю. Пэна, его педагогическую и творческую деятельность?

Творческий путь еврейского художника Ю. Пэна до приезда в Витебск

Имя основателя школы Юрия Моисеевича Пэна довольно часто замалчивается историками в пользу Шагала2. Жизнь мастера была типичной для судеб многих российских художников того времени, хотя путь Пэна к достижению цели был особенно долгим.

Юдель Пэн родился 24 мая 1854 г. в бедной многодетной семье в небольшом местечке Ново-Александровске Ковенской губернии (ныне Зарасай, Литва). Воспитанный в традиционной еврейской среде, он получил религиозное образование. Юделю (Юрий по-русски, Иегуда — на иврите, Юдель — на идише) было четыре года, когда умер отец, что усугубило тяжелое положение семьи. С 1858 по 1867 г. мальчик учился в хедере, затем в талмуд-торе3, где обнаружились способности к рисованию, которое стало его любимым занятием. Кроме разрисовывания букв в книгах и трещоток для Пурима, он пытался делать наброски портретов своего окружения. Увлечение мальчика рисунком, однако, не одобрялось семьей. «В хедере я с большим рвением принялся рисовать, ибо на мои рисунки нашлись охотники. Я рисовал царей, казаков на конях, много занимался резьбой для синагогальных витражей. Платили мне за рисунки пуговицами, так как никто из мальчиков хедера денег не имел. <... > Пуговицы я продавал. <... >

Я ожил, имея возможность купить бумагу и карандаши. Рисовал я свои портреты только в профиль, так как в анфас еще не умел. <... >

От своей работы я был в восторге и бегал как помешанный. Я всем показывал свой портрет...<... > Мать моя была недовольна моими занятиями, злилась на меня и называла мои работы идолами»4.

Озабоченная успехами сына на уроках рисования, мать отправила его учиться к знакомому маляру в Двинск (Литва), который занимался изготовлением вывесок. С 1867 по 1875 г. он работал подмастерьем маляра и выполнял довольно сложные заказы. Мастер, ревностный хасид, пытался отговорить мальчика от карьеры живописца, повторяя, что «художники — пьяницы, голодранцы и умирают от чахотки или сходят с ума»5. Очень непросто было стать художником в еврейской ортодоксальной среде, поскольку любое пластическое изображение строго осуждалось. Иудейская культура отказалась от изобразительности и не воспринимала ее как ритуальное искусство. Пэн, однако, проявил упорство, а встречи с семейством Пумпянских, чей дом был средоточием культурной жизни Двинска, с Б. Гиршовичем, студентом Петербургской Академии художеств, только подтвердили его призвание: при этом художник убедил Юделя продолжить занятия живописью и поступать в Академию.

Академическое образование в Санкт-Петербурге

В 1876 г. Пэн покинул мастерскую по изготовлению вывесок в Двинске и посвятил все свое время рисунку, подрабатывая частными уроками. В 1879 г. он попытался поступить в Академию художеств, но не выдержал экзамена по русскому языку и литературе. Выходец из среды, говорящей на идише, он очень плохо говорил по-русски, но тем не менее решил остаться в столице и вновь попытать счастья. С 1879 по 1892 г. Пэн жил в Петербурге мелкими приработками, без права на прописку, давая деньги дворникам, чтобы те не донесли в полицию. Вот как он вспоминал об этом периоде своей жизни:

«На вторую ночь моего пребывания в Петербурге я проснулся от сильного удара в спину. — Вставай, паспорт есть? — спросили у меня. Я повернулся и увидел громадного мужика с запачканным фонарем в руках. Это был старший дворник. Рядом с ним стоял полицейский и позади — хозяин квартиры. <... > Я настолько растерялся, что стал показывать свои рисунки, эскизы. Дворник их рассматривал и повторял: — Где твой паспорт на право жительства? — затем добавил:

— Пойдем в участок.

Я начал одеваться. Гости пошли к хозяйке. Потом приходит ко мне хозяин, берет пять рублей и говорит: — Ладно, можешь оставаться дома»6.

В Петербурге Пэн регулярно посещал Эрмитаж, занимался рисунком и снова готовился с помощью Б. Гиршовича и И. Аскназия поступать в Академию. В 1881 г. он написал заявление, в котором просил разрешить ему посещать занятия в качестве вольнослушателя, чтобы получить право на проживание в Петербурге: «...Покорнейше прошу Ваше превосходительство разрешить мне посещение классов, так как ждать до августа без определенных занятий мне совершенно невозможно. Затем, т.к. я вероисповедания иудейского и не имею права присутствовать в Петербурге, то прошу Вас также о выдаче мне какого-либо свидетельства, обеспечивающего мне пребывание в столице, в противном случае я принужден буду уехать обратно в деревню и оставить мысль об Академии»7.

Секретарь Академии дал Пэну нужное разрешение, в августе 1881 г. он стал вольнослушателем, а в 1882 г. — студентом Академии художеств. Во время учебы Пэн встречался с В. Серовым, М. Врубелем и многими молодыми евреями, увлекавшимися изобразительным искусством (М. Маймон, М.-Ц. Мане, М. Иоффе), и уже тогда приступил к разработке национальной художественной программы8. Академия художеств позволила ему получить разрешение на право жительства в столице и познакомиться с живописцами первой величины (В. Серов, П. Чистяков, Брюнель, М. Маймон, М. Диллон), студентами и художниками-евреями, связанными с созданием школы еврейского искусства.

В 1885 г. по окончании натурного класса он получил диплом и серебряную медаль. Однако, не сдав экзамены по общеобразовательным предметам, Пэн мог посещать занятия во втором полугодии только как вольнослушатель. В октябре 1885 г. он получил диплом «неклассного» художника9 за представленные живописные работы. В Академии он учился до октября 1886 г. В просьбе получить диплом «классного» живописца ему отказали.

Первый провинциальный опыт и знакомство с Витебском

Покинув столицу, Ю. Пэн в поисках работы отправился в Ново-Александровск, затем в Ригу, где познакомился с бароном Н.Н. Корфом, который в 1888 г. пригласил его в свое имение недалеко от Крейцбурга10. Он прожил там до 1896 г., считая этот период потерянным для творчества, поскольку писал портреты в основном по фотографиям. В это время под Витебском обосновался И. Репин, превративший свою усадьбу в место встречи художников. Пэн с ним неоднократно встречался в Академии и часто бывал в Здравнево, что позволило ему познакомиться со многими живописцами, установить профессиональные связи в Витебске, найти покровителей и меценатов из местной еврейской буржуазии. Гостивший у барона Корфа витебский губернатор Левашов обратил внимание на работы Пэна, пригласил его в свой город и предложил ряд заказов11. Покидая в 1896 г. Крейцбург, художник предполагал обосноваться в Санкт-Петербурге, поскольку в марте получил паспорт и право на постоянное местожительство в столице. Тем не менее благодаря поддержке Левашова и под активным влиянием своих новых витебских друзей он добился разрешения губернатора и местных властей на открытие в городе частной студии рисования.

Выбор Пэна объяснялся многими причинами. Основание школы гарантировало ему стабильное положение в обществе и нормальные условия для творчества. Витебск в то время был одним из крупнейших городов Северо-Западного края России, сердцем черты оседлости и средоточием активной культурной жизни. Значительную часть интеллигенции составляли евреи. Пэн, таким образом, обрел себе место в провинциальном культурном центре, который гораздо больше удовлетворял его скромные амбиции, нежели Петербург. Кроме того, гостеприимные витебляне с энтузиазмом поддерживали любое новое начинание.

Наконец, создание школы и применение на практике теоретических принципов Пэна логично вписывались в контекст возрождения еврейской идентичности и национальной программы искусства, в разработке которых художник принимал активное участие еще в Петербурге.

Дата открытия школы долгое время была поводом для дискуссий и ошибочных заключений. Некоторые плохо информированные исследователи определяют ее 1892 г. Такая датировка полностью опровергается архивным документом12, составленным в 1904 г. согласно описи всех школ и художественных обществ провинции: «Школа рисования неклассного художника Императорской Санкт-Петербургской Академии Художеств Юделя Пэна» была открыта 19 ноября 1897 г. Местная газета Витебские губернские ведомости напечатала 19 сентября 1898 г. рекламу «Школы рисунка и живописи Пэна».

Примечания

1. Ромм А. Цит. по: Рыбкин М., Шульман А. С. 40.

2. Kazovsky. Artists from Vitebsk. P. 13.

3. Рыбкин М., Шульман А. Юдель (Юрий) Пэн. С. 5.

4. Там же. С. 31—32.

5. Цит. по: Kazovsky. Artists from Vitebsk. P. 15.

6. Рыбкин М., Шульман А. Юдель (Юрий) Пэн. С. 32.

7. Там же. С. 33.

8. См. подробнее раздел «Эстетика Ю. Пэна».

9. «Неклассными» художниками считались те, кто по окончании Академии художеств не приписывались к определенному классу чиновников.

10. Местечко, расположенное примерно на полпути между Витебском и Двинском, пригород Двинска в Витебской губернии, насчитывавший 3920 евреев при населении 4420 жителей.

11. Емельянова И.В. Штрихи жизни и особенность творчества художника Юрия Пэна // Зборнік выступленняў на навуковай канферэнцыі, прысвечанай 75-годдзю віцебскай мастацкай школы. Віцебск, 1994. С. 103.

12. Kazovsky. Artists from Vitebsk... P. 26—27.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

  ??????.??????? Главная Контакты Гостевая книга Карта сайта

© 2019 Марк Шагал (Marc Chagall)
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.