ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
БИОГРАФИЯ
ГАЛЕРЕЯ КАРТИН
СОЧИНЕНИЯ
БЛИЗКИЕ
ТВОРЧЕСТВО
ФИЛЬМЫ
МУЗЕИ
КРУПНЫЕ РАБОТЫ
ПУБЛИКАЦИИ
ФОТО
ССЫЛКИ ГРУППА ВКОНТАКТЕ СТАТЬИ

Главная / Публикации / «Шагаловский сборник. Выпуск 4»

Л. Хмельницкая. «К истории Витебской художественной выставки 1899 г. в пользу Общества попечения о детях»1

Художественная выставка 1899 г. была самой крупной в Витебске в дореволюционное время. Крайне разнородная по составу, она впервые дала возможность жителям города увидеть лучшие работы из собраний местных коллекционеров, а также произведения находившихся в то время в столице губернии профессиональных художников. Здесь же состоялся выставочный дебют недавно обосновавшегося в Витебске Ю.М. Пэна.

Обращение к публикациям местной прессы конца XIX в. позволяет достаточно подробно восстановить картину подготовки и проведения этой выставки.

Выставочная жизнь Витебска второй половины XIX в. была очень скромной. Из выставок художественных наиболее значительной следует считать «художественно-археологическую», которая была организована в апреле 1871 г. по инициативе местного благотворительного общества. Она не была целиком посвящена искусству. Помимо картин, эстампов, рисунков, акварелей и фотографий на ней были представлены «предметы из области археологии и нумизматики», коллекции минералов и растений, а также предметы этнографии — «коллекция народных типов с изображениями разных сцен из народной жизни и значительных местностей Витебской губернии»2.

Никакой другой художественной выставки, которая по масштабу и экспонатуре могла бы сравниться с «художественно-археологической», в Витебске не проводилось до конца 1890-х гг. Хотя витебляне при всяком удобном случае проявляли несомненный интерес к искусству. Так, когда 29 ноября 1898 г. в зале городской управы всего на четыре часа — с десяти утра до двух пополудни — открылась выставка молодого харьковского художника-пейзажиста Н.Е. Лунда. На ней были представлены всего 23 картины и посетило ее около 500 человек. «Отрадный факт, свидетельствующий о том, что среди витебской публики есть немало любителей живописи», — констатировали «Витебские губернские ведомости»3. Месяцем раньше некий предприниматель А. Михатов привез в Витебск «музей восковых фигур». Восковые куклы представляли не известных персонажей, как это было, скажем, в музее мадам Тюссо, а были, как сообщала местная пресса, обычными манекенами, одетыми в разные костюмы, «вроде тех, которые выставляются в больших городах в витринах магазинов, торгующих готовым платьем»4. Выставка охотно посещалась преимущественно мастеровым людом.

Деятельное участие в организации художественной выставки 1899 г. в Витебске приняла жена вице-губернатора Ольга Александровна Ладыженская. Высочайшим приказом по гражданскому ведомству за № 67 от 8 августа 1898 г. ее супруг Ладыженский Митрофан Васильевич (1852—1917) был перемещен с должности вице-губернатора Семипалатинской губернии в Витебск. Человеком он был неординарным. Действительный статский советник, писатель-мистик, драматург, религиозный философ, он стал автором многочисленных сочинений, которые были особенно популярны в начале XX в.

Семейство было дружно с княгиней Марией Клавдиевной Тенишевой (1858—1928), которая много времени проводила в своем имении Талашкино недалеко от Смоленска. Она активно хлопотала о переводе Ладыженского из далекого Семипалатинска, жизнь в котором тяготила обоих супругов. Ее усилия увенчались успехом, и 6 августа 1898 г. княгиня предварила выход официального распоряжения своей телеграммой, отправленной Ладыженскому: «Поздравляю. Желаемое дело удалось»5.

Ольга Александровна Ладыженская, урожденная Воронина, сопровождая мужа от одного места службы к другому, всегда охотно занималась благотворительностью, посвящая ей свои досуги и сердце. По приезде в город на Двине она возглавила попечительство Витебской общины сестер милосердия, Общество попечения о детях, вошла в правление Витебского Благотворительного общества6.

Обосновавшись в Витебске, в конце июля 1899 г. Ладыженские пригласили М.К. Тенишеву приехать в город. Княгиня охотно откликнулась на приглашение. Проведя в Витебске два дня, вместе с О.А. Ладыженской она посетила приюты для девочек ведомства императрицы Марии и благотворительного общества, общину Красного Креста, а также «пожелала осмотреть и древние витебские церкви — Благовещенскую единоверческую и Троицкую в Марковом монастыре»7. Во время экскурсии по историческим достопримечательностям города княгиню и супругу вице-губернатора сопровождали профессор Петербургской академии художеств Ю.Ю. Клевер и знаток местных древностей А.П. Сапунов.

М.К. Тенишева в то время уже имела громкую славу благотворительницы и меценатки, поддержавшей своими средствами издание нового журнала «Мир искусства». Еще в 1898 г. она преподнесла в дар только что созданному Русскому музею императора Александра III коллекцию русского рисунка и акварели, в которой насчитывалось 480 работ. Значительная часть этой коллекции была собрана при участии молодого, но уже авторитетного знатока искусства А.Н. Бенуа, которого Тенишева в 1895 г. пригласила к сотрудничеству и которому вскоре предоставила средства для поездки в Париж. В столице Франции А.Н. Бенуа жил с семьей в течение трех лет (1896—1898) и занимался комплектованием коллекции княгини8.

В Смоленске М.К. Тенишева открыла начальную рисовальную школу, занятия в которой начались 1 декабря 1896 г. Плата за обучение составляла 5 рублей и целью провозглашалась подготовка желающих к поступлению в Академию художеств. По рекомендации И.Е. Репина в качестве преподавателя и заведующего школой М.К. Тенишева пригласила художника Александра Аввакумовича Куренного (1865—1944), который до этого вместе с И.Е. Репиным преподавал в подготовительной художественной студии в Петербурге, также субсидируемой княгиней. А.А. Куренной направил запрос в Петербургскую Академию художеств о присылке в Смоленск безвозмездно гипсовых слепков для выполнения рисунков. Княгиня М.К. Тенишева со своей стороны договорилась с парижской Академией Жюлиана, в которой она сама занималась в начале года, выдать ей как собственные рисунки с обнаженной натуры, так и работы других учеников9. И.Е. Репин, приехавший в Талашкино летом следующего года, «живо интересуясь художественной студией, т. е. рисовальной школой, которую княгиня основала в Смоленске», «внимательно осматривал рисунки, привезенные ею из-за границы и размещенные в мастерской, очень хвалил выбор их и остался вполне доволен устройством самой студии и ее освещением»10.

Юрий Моисеевич (Иегуда) Пэн, занимаясь устройством собственной художественной школы в Витебске, в феврале 1898 г. посетил школу М.К. Тенишевой в Смоленске и был, как писала местная пресса, приятно удивлен ее оборудованием11. В марте княгиня прислала из Парижа в Смоленск копии с работ Микеланджело, Пафаля и 21 книгу по искусству.

Датой открытия школы Пэна в Витебске считается 1897 г. Видимо, частные уроки он действительно стал давать сразу по приезде в город. Однако официальное объявление об открытии «Школы рисования и живописи Ю.М. Пена, художника Академии художеств» появилось на страницах «Витебских губернских ведомостей» только 15, 17 и 19 сентября 1898 г. Троекратного оглашения оказалось достаточно для того, чтобы в школу записалось необходимое количество учеников.

1 октября начались занятия. К этому времени Ю.М. Пэн уже обосновался в Витебске в доме Беленького на Большой Могилевской улице. Там находились квартира художника, его мастерская и школа, обставленная «всеми необходимыми приспособлениями». Занятия в школе проходили в утренние и вечерние часы. Предмет обучения составляли «рисование геометрических тел, орнаментов и гипсовых фигур и писание красками с натуры». Степень сложности задания, даваемого ученикам, определялась учителем индивидуально, исходя из умения и подготовленности каждого. Плата за обучение вносилась помесячно и составляла 8 рублей для посещающих утренние курсы и 5 рублей — вечерние.

Через год, 15 октября 1899 г., школу Ю.М. Пэна посетил профессор живописи Ю.Ю. Клевер и нашел ее «достаточно обставленной и соответствующей своему назначению»12.

Профессор Санкт-Петербургской Академии художеств Юлий Юльевич Клевер (1850—1925) жил в это время в окрестностях Витебска. Салонный художник-пейзажист и любимец императорской семьи, уже в тридцать лет он получил звание профессора, а также квартиру и мастерскую в здании Академии художеств. Видя, как ценит произведения художника первое семейство Российской империи, состоятельные люди считали дурным тоном не иметь картин Ю.Ю. Клевера. Дверь в его мастерскую не закрывалась: шли заказчики, друзья, студенты Академии. Под золотым дождем успеха и славы Ю.Ю. Клевер всегда работал легко и много. Его работы быстро попали и в собрания состоятельных людей Витебщины. К осени 1899 г. десятки картин и этюдов Ю.Ю. Клевера насчитывали коллекции помещика Александра Перрота, в имениях которого Амбросовичи и Селюты жил художник, местного адвоката Генриха Теодоровича и др.

Что касается княгини М.К. Тенишевой, то ее просветительская деятельность вылилась также в организацию выставок. Благодаря усилиям И.Е. Репина и А.А. Куренного в начале 1899 г. в Смоленске была принята выставка художников-передвижников. М.К. Тенишева на свои средства арендовала зал Дворянского собрания. Выставка открылась в конце января и продолжалась неделю. На ней были представлены полотна И.И. Шишкина, К.Е. Маковского, И.Е. Репина, Н.П. Богданова-Бельского, К.В. Лебедева, М.В. Нестерова, Н.К. Пимоненко, Н.А. Ярошенко, Н.Н. Дубовского, Н.К. Бодаревского, В.М. Максимова и других художников13.

Нет сомнения в том, что проведение выставки передвижников в Смоленске было предметом разговоров М.К. Тенишевой и Ладыженских во время визита в Витебск в июле 1899 г. Конечно, ни организационных, ни финансовых возможностей для проведения выставки передвижников в Витебске, как это сделали в Смоленске, не было. Но О.А. Ладыженская, тем не менее, загорелась желанием устроить в городе масштабную художественную выставку, для чего было решено привлечь силы как местных художников, так и коллекционеров искусства.

Профессиональных художников в то время в Витебске было немного — Ю.М. Пэн да два выпускника Московского Строгановского училища технического рисования: Александр Дмитриевич Миленский и Александр Александрович Корчагин, которые служили преподавателями рисования в женской Мариинской и мужской Александровской гимназиях14. Уроженец Риги Карл Николаевич Каль (1873—1938) только что, в 1898 г., окончил Дюссельдорфскую Академию искусств и приехал в столицу губернии.

Вице-губернатор с супругой рассчитывали, что в Витебске достаточно просто будет организовать выставку работ Ю.Ю. Клевера. Однако расчет по какой-то причине не оправдался. В начале сентября 1899 г. «Витебские губернские ведомости» сообщали: «В одном из писчебумажных магазинов в Витебске выставлена для продажи картина известного художника Ю.Ю. Клевера, живущего на даче у одного из землевладельцев Витебского уезда. Нам передают, что предполагавшаяся в Витебске выставка картин этого художника едва ли состоится. Об этом нельзя не пожалеть, так как наш город слишком беден эстетическими удовольствиями»15.

Тогда было решено устроить выставку с благотворительной целью в пользу Общества попечения о детях, председательницей которого была О.А. Ладыженская. «Не так давно мы отмечали, что в Витебске предполагается выставка картин с благотворительной целью, — писали «Витебские губернские ведомости». — Теперь, на основании сведений из вполне компетентного источника, можем сообщить, что вопрос о выставке решен окончательно, идут деятельные к ней подготовления, и выставка будет открыта около 10-го ноября в бывшем зимнее помещении яхт-клуба (д. Хайкина). Выставка обещает быть очень интересной. Профессор Ю.Ю. Клевер выставит свои картины и эскизы, написанные в нашей губернии; княгиня М.К. Тенишева обещала прислать свою богатую талашинскую коллекцию; местные художники гг. Каль и Пен выставят свои произведения; затем многие из гг. витебских любителей обещали для выставки имеющиеся у них картины известных художников. В общем, будет выставлено не менее ста картин. Сбор с выставки предназначен в пользу витебского Общества попечения о детях»16.

Выставка открылась 10 ноября 1899 г. на Замковой улице в гостинице Кушнера и работала в течение 10 дней. Согласно каталогу, на ней было представлено около 180 картин и этюдов, принадлежавших кисти сорока художников17. Более половины экспозиции составляли работы Клевера-отца, Клевера-сына, Ю.М. Пэна, пейзажи К.Н. Каля, работы художников-любителей. Остальные произведения были взяты из коллекций княгини М.К. Тенишевой, а также местных помещиков и чиновников.

Небольшую коллекцию произведений искусства имел сам вице-губернатор Митрофан Васильевич Ладыженский. На выставку он дал «пейзаж Крачковского, акварели Шипова, Александровского и Шарлеманя». Помещик Богдан Шахно — «три больших вида художн[ика] Воробьева». Участник Крымской и Русско-турецкой войн, генерал от кавалерии Иван Алексеевич Андриянов (18301904), поселившийся после отставки в имении Старое Село под Витебском, прислал на выставку 15 картин из своего собрания18. Был представлен и третий, последний, авторский повтор картины А. Саврасова «Грачи прилетели»19.

Настоящие шедевры прислала на витебскую выставку М.К. Тенишева. Это были два полотна — портрет ее мужа князя В.Н. Тенишева кисти Леона Бонна (ныне в собрании Государственного Эрмитажа) и портрет виолончелиста А.В. Вержбиловича кисти И.Е. Репина (ныне в собрании Русского музея).

Интересно, что профессор Санкт-Петербургской консерватории Александр Валерьянович Вержбилович (1849—1911) не только неоднократно выступал в Витебске с концертами, но и часто приезжал в город к своему другу, присяжному поверенному Эразму Львовичу Будковскому. Об этом пишет в своих воспоминаниях Станислав Корвин-Павловский (1889—1970), сын начальника витебского участка Риго-Орловской железной дороги.

Родился С. Корвин-Павловский в Витебске в 1889 г. и прожил в городе первые 12 лет. Его воспоминания об этом времени изобилуют многочисленными подробностями, цепко схваченными детской памятью. Он, в частности, писал: «Знаменитый виолончелист А. Вержбилович не был витебчанином, но охотно приезжал на Витебщину. Он посещал нас, но дольше обычно задерживался у Ядвиги и Эразма Будковских. Ядвига играла на фортепиано, Эразм — на многих инструментах. Фортепиано, концертино, окарина, цимбалы — всё прекрасно звучало в его руках. Вержбиловича объединяла с Будковскими близкая дружба; он имел в их доме свою постоянную комнату. Приезжал без предупреждения, на крестьянской телеге (их имение находилось на расстоянии 17 километров от ближайшей железнодорожной станции), держа всё время футляр с виолончелью на коленях. С игрой не церемонился и лучше всего играл тогда, когда не видел слушателей. Садился себе на веранде, куда выходили окна салона, смотрел в сад и склонялся над виолончелью. Дети ему не мешали. На стуле возле него ставилась бутылка коньяка или домашней наливки на изюме и фарфоровая рюмка (Боже упаси, стекло). Через час-другой музыка замирала; маэстро нетвердым шагом шел в сад, из столовой доносились звуки приготовления стола к ужину»20.

С. Корвин-Павловский запомнил и выставку 1899 г. О ней он писал: «Помню, как мой отец, принадлежавший к числу организаторов выставки и значительно пополнивший ее своим собранием, жаловался мне, что многие не прислали свои самые ценные картины. Выставка была первым мероприятием такого рода, некоторые относились к ней с недоверием. Кто-то объявил о своем участии после открытия, но их не приняли, так как каталог был уже напечатан. Исключение сделали только для какого-то портрета кисти Ольги Бознаньской и небольшого эскиза Марии Башкирцевой. Выставка показала, что в имениях находились интересные вещи, и что провинция не была лишена художественных амбиций»21.

Однако доминирующее положение на выставке занимали работы всего четырех художников: Ю.Ю. Клевера-отца (около 60 картин и этюдов), Ю.Ю. Клевера-сына, Ю.М. Пэна (17 работ) и К.Н. Каля (15 работ).

Карл Николаевич Каль (Зуковский) родился в 1873 г. в Риге. В 1898 г. окончил Дюссельдорфскую Академию искусств и сразу же перебрался на жительство в Витебск. С 1 ноября 1907 г. поступил на службу учителем рисования в Алексеевскую женскую гимназию22. Имел мастерскую в доме № 20 на Вокзальной улице, давал уроки рисования и живописи, а также принимал «заказы на всякого рода художественные] работы»23. В 1912 г. переехал во Владивосток, где позднее, в 1930-е гг., вместе с Н.М. Штуккенбергом и И.Ф. Палшковым стал одним из родоначальников региональной школы пейзажной живописи Дальнего Востока24. Там же и завершился его творческий путь. Причем, завершился трагически — художник, немец по происхождению, Карл Каль в декабре 1937 г. был арестован в Томске и 20 января 1938 г. расстрелян25.

Ю.М. Пэн представил на выставке в основном портреты, в том числе копию рембрандтовского портрета Менаше бен Исраэля 1636 г., а также академический этюд «Голова лошади» («Голова рысака Византур»).

Любопытно, что С. Корвин-Павловскому довелось общаться сразу с тремя упомянутыми выше художниками. Его первым учителем рисования был К. Каль. Однако отношения наставника с учеником не сложились, и Михалина Корвин-Павловская, мать мальчика, привела ему нового учителя — Ю. Пэна. «Кроме самых прекрасных отношений пан Пэн получил вместе со мной тяжелую жизнь, — вспоминал тот позднее. — Я терпеливо рисовал под его руководством разные гипсовые фигуры и орнаменты, но в свободные минуты набрасывал всё, что подворачивалось: кусок забора, морковку и т. п. Пэн искренне сожалел об этом:

— Хочешь быть поваром, что морковку рисуешь? Забор хорош для развески белья, но не для искусства!

Я, однако, стоял на своем»26.

«Как-то приехал к нам известный в то время петербургский академик живописи Юлий Клевер, — писал С. Корвин-Павловский далее. — Он много рисовал, я же постоянно ему ассистировал. Более близкие товарищеские отношения прервал, однако, неожиданный случай. Клевер однажды пренебрежительно отозвался о Пэне; я сильно разозлился и наговорил господину академику всякого. За невоспитанность я был приговорен к трем дням заключения в своей комнате. Когда срок закончился, мама отвезла меня к Пэну и рассказала ему всю историю. Он очень растрогался, оставил меня у себя, и три дня (столько же, сколько я был в заточении) мы провели вместе»27.

Как же оценивала художественную выставку 1899 г. местная интеллигенция?

Большую аналитическую статью, публиковавшуюся в нескольких номерах газеты «Витебские губернские ведомости», написал о выставке Григорий (Густав) Абрамович Ефрон, зубной врач, пианист-любитель, родной брат издателя «Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона». В начале XX в. он переселился из Витебска в Петербург и был избран председателем «Русского общества стоматологов». Его дочь Наталья Ефрон (1896—1973) до отъезда семьи из города будет посещать школу Ю.М. Пэна, потом в 15 лет поступит в Петербургскую консерваторию по классу фортепиано, а в 1920-х гг. станет учиться актерскому мастерству. Позднее она будет работать в Московском Камерном театре Таирова и на Мосфильме. В 1934 г. получит звание заслуженной артистки РСФСР, а в 1939 г. снимется в фильме «Ленин в 1918 году» (реж. Михаил Ромм), исполнив роль Фанни Каплан.

Напомним, что на выставке было представлено почти 180 работ 40 авторов. Экспозиция размещалась в одном большом зале и двух смежных с ним гостиных28. В своей рецензии Г.А. Ефрон указал на главный недостаток выставки — случайность представленных на ней экспонатов. Он отмечал, что выставка была собрана «с бору по сосенке из картин, взятых у частных владельцев, без системы, без плана, часто без толку»29.

Основное внимание в рецензии Г.А. Ефрон уделил творчеству главных экспонентов — обоих Клеверов, Ю.М. Пэна и К.Н. Каля. Любопытно, что самую большую порцию критики получил профессор Ю.Ю. Клевер. Эфрон назвал его «Верди нашего пейзажа», но далее с иронией отмечал: «Без преувеличения можно сказать, что нет, кажется, семьи, нет даже ресторана, где бы не нашлась какая-нибудь репродукция одной из его картин в виде олеографии, хромолитографии, копии в красках. <...> Зайдите в писчебумажный магазин Неймана на Замковой улице, вы найдете у него в продаже масляную картину, изображающую зимний вид при закате, с пылающей на закате корявой березой на первом плане, с дорогой, уходящей вдаль, с крестьянской хатой под снегом. Это целиком взято у профессора Клевера, до манеры включительно. И таких плакатов тысячи»30.

Особый интерес представляет мнение Г.А. Ефрона, высказанное о работах Ю.М. Пэна. Как и многие позднейшие критики, он прежде всего отмечал общественную значимость деятельности художника. «Последние несколько лет он постоянно живет у нас, в Витебске, — писал Г. Ефрон, — открыл здесь школу рисования и живописи, и не только этой школой, но и сам, своими работами, помощью, советом, готовностью дать указание, когда к нему за ним обращаются, бескорыстной преданностью делу искусства сильно способствовал развитию у нас интереса к искусству, возбуждая в целых кружках желание учиться, работать, не зарывать в землю дарований, хотя бы самых скромных. Витебляне знают его с этой стороны, ценят и, конечно, умеют быть признательными»31.

Приступая к рассмотрению художественных особенностей работ Ю.М. Пэна, Г.А. Ефрон в первую очередь отметил академическую выучку художника: «Воспитанник С.-Петербургской Академии художеств, г. Пэн вынес оттуда хорошую школу, серьезное понимание рисунка, уменье видеть натуру, колорит разнообразный и в то же время правдивый, не сочиненный, богатый оттенками, но не яркий, а скромный, спокойный и благородный»32. К числу несомненных достоинств начинающего художника автор рецензии отнес также «близкое знакомство со старыми голландцами, фламандцами, итальянцами», взятыми за образец, но не канон и не препятствующими поискам индивидуальной манеры. Особое впечатление на Г.А. Ефрона произвела копия Ю.М. Пэна с рембрандтовского портрета Менаше бен Исраэля, «на которую, видимо, положено много труда и чуть не благоговейного изучения оригинала».

На выставке были представлены в основном портретные работы Ю.М. Пэна, которые Г.А. Ефрон оценивал положительно. Но рецензент заметил также и намечавшуюся в творчестве дебютанта негативную тенденцию. «В некоторых портретах г. Пэна, — писал он, — есть зловещие симптомы, на которых мы считаем долгом остановиться. Мы говорим о проскальзывающем стремлении художника «угодить» публике, заказчику, хотя бы даже ценой художественной правды»33. «Характерным в этом нежелательном смысле» Г.А. Ефрон называл пастельный портрет жены витебского губернатора Марии Васильевны Левашовой, который автор повесил на самом видном месте в центре других, гораздо меньших по размеру вещей. Рецензент раскритиковал эту работу достаточно жестко: «Не говоря уже о его недостатках как пастели, об отсутствии характерной для пастелей мягкости, о жесткой яркости красок, в портрете этом, кроме рисунка, нет почти ничего от природы, ничего наблюденного, нет и помина о том разнообразии мягкой пестроты, многоцветности колорита, которые так выгодно отличают многие из работ художника. Портрет этот не то, чего можно ждать и требовать от Ю. Пэна, автора многих отличных, висящих на выставке вещей, и не будь он, этот портрет, выставлен самим художником, его можно было бы в лучшем случае счесть за неоконченную, подлежащую серьезной и тщательной проверке по натуре вещь»34.

Портрет М.В. Левашовой, однако, Г.А. Ефрон назвал «единственным заметным пятном на создаваемой г-ну Пэну выставкой симпатичной и солидной репутации художника-портретиста», а в его экспозиции в целом разглядел «явные следы самостоятельности и назревающей индивидуальности».

Выставка 1899 г. так и осталась самой значительной художественной экспозицией дореволюционного Витебска. Весной 1901 г. была организована Выставка произведений фотографов-любителей, произведений скульптуры, резьбы и выжигания по дереву, художников-любителей и гальванопластики. Произведения любителей дополняли всего несколько работ профессионалов — Клеверов отца и сына, а также Ю.М. Пэна.

В 1902 г. М.В. Ладыженский получил новое назначение и вместе с супругой покинул столицу губернии.

В октябре 1907 г. была проведена выставка, в которой приняли участие Ю.М. Пэн, а также его ученики Абель Пфефферман, Лейба Шульман и Янина Павловская35. Однако эта выставка не имела ни такого размаха, ни такого представительства, как выставка 1899 г.

Единственной превзошедшей все упомянутые выше экспозиции стала 1-я Государственная выставка картин местных и московских художников, организованная в Витебске уже после революции, в 1919 г., по инициативе Марка Шагала. 241 произведение 41 художника, в основном представителей русского авангарда, позволили занять этой выставке исключительное и не повторенное никогда более положение в истории художественной жизни Витебска и всей Беларуси.

Подводя итог сказанному, можем отметить, что выставка 1899 г. была первой пробой организации полномасштабной и разноплановой художественной экспозиции. Однако в силу разных причин в дореволюционное время эта деятельность не получила продолжения. Зато Витебску в истории культуры была уготована другая роль — подарить миру целое созвездие первоклассных художников. И выполнение этой задачи было бы невозможно без существования в городе художественной школы Ю.М. Пэна.

Примечания

1. Доклад был прочитан на XXIV Международных Шагаловских чтениях в Витебске 15 июня 2014 г.

2. [Сементовский А.] Художественно-археологическая выставка 1871 г. в г. Витебске // Витебские губернские ведомости. Неофициальный отдел. 1871. № 16. 17 апреля. С. 89.

3. Витебские губернские ведомости. 1898. № 143. 1 декабря. С. 3.

4. Витебские губернские ведомости. 1898. № 127. 24 октября. С. 3.

5. Еропкина О.И. Ладыженский Митрофан Васильевич // Тульский краеведческий альманах. Вып. 3. Тула, 2005. С. 107—113.

6. Памятная книжка Витебской губернии на 1900 год. Витебск, 1900. С. 64, 65, 66.

7. Местные известия // Витебские губернские ведомости. 1899. № 168. 25 июля (6 августа). С. 2; Интересная экскурсия // Витебские губернские ведомости. 1899. № 169. 27 июля (8 августа). С. 2.

8. Верховская И. Собрание княгини М.К. Тенишевой // Собрание княгини М.К. Тенишевой. К 110-летию Русского музея. Альманах. Вып. 195. СПб.: Palace Editions, 2008. С. 6.

9. Журавлева Л. Княгиня Мария Тенишева. Смоленск: Полиграмма, 1994. С. 102.

10. Смоленский вестник. 1897. № 178.

11. Журавлева Л. Княгиня Мария Тенишева. С. 102.

12. Витебские губернские ведомости. 1899. № 238. 20 октября (1 ноября). С. 1.

13. Журавлева Л. Княгиня Мария Тенишева. С. 109—110.

14. Памятная книжка Витебской губернии на 1898 год. Витебск, 1898. С. 72, 75.

15. Витебские губернские ведомости. 1899. № 202. 4 (16) сентября. С. 1.

16. Витебские губернские ведомости. 1899. № 245. 29 октября (10 ноября). С. 2.

17. Витебская художественная выставка 1899 г. в пользу Витебского общества попечения о детях. Витебск: Губернская типолитография, 1899.

18. Местные известия // Витебские губернские ведомости. 1899. № 253. 7 (19) ноября. С. 2.

19. Холодова И. Первая художественная // Витебский курьер. 2001. 7 марта. С. 4.

20. Korwin-Pawłowski S. Wspomnienia. Na przełomie dwóch epok. Warszawa: Czytelnik, 1966. S. 61.

21. Ibidem. S. 22—23.

22. Памятная книжка Витебской губернии на 1909 год. Витебск, 1909. С. 94.

23. Витебские губернские ведомости. 1908. № 258. 14 ноября. С. 1.

24. Варламова Л.И. Карл Николаевич Каль — Художник цвета и света // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке (Владивосток). 2009. № 2 (6). С. 25.

25. http://www.vse-adresa.org/book-of-memory/bukva-10/name-16/sur-name-16/repression-5

26. Korwin-Pawłowski S. Wspomnienia. Na przełomie dwóch epok. S. 43.

27. Ibidem. S. 43—44.

28. Местные известия // Витебские губернские ведомости. 1899. № 256. 11 (23) ноября. С. 2.

29. Национальный исторический архив Беларуси, ф. 1416, оп. 6, д. 612, л. 640.

30. Холодова И. Первая художественная.

31. Ефрон Г. Витебская художественная выставка // Витебские губернские ведомости. 1899. № 259. 14 (26) ноября. С. 2—3.

32. Там же.

33. Там же.

34. Там же.

35. Каталог выставки картин художников А.Н. Пфеффермана, Л.С. Шульмана, Ю.М. Пэна и Я.А. Павловской. Витебск, 1907.

  ??????.??????? Главная Контакты Гостевая книга Карта сайта

© 2019 Марк Шагал (Marc Chagall)
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.